EOY Russia - 10 Years

Рубен Варданян

Игра вдолгую

  • Поделиться

 

Некоторые предприниматели не просто олицетворяют собой крупный капитал — иногда без них сложно представить развитие если не всей экономики, то, по крайней мере, отдельных ее отраслей. Имя Рубена Варданяна неразрывно связано с финансовой индустрией, без услуг которой не обходится ни одна компания, активно развивающая свой бизнес. Да и сам Рубен олицетворяет постоянное изменение и развитие. И в жизни, и в профессии. Один из самых заслуженных инвестиционных банкиров России признается, что любит менять мир. Возможность заняться любимым делом представлялась Варданяну не раз.

Надо признать: в большинстве случаев после этого мир действительно становился лучше, как минимум упорядоченнее. Но, говоря о том, что он любит менять мир, Рубен понимает, что отчасти изменяет духу инвестсообщества. Вопреки широко распространенному мнению о финансистах, его любовь мало связана с прибылью.

«У меня никогда не было стремления заработать много денег или обрести власть. Я достаточно легко отказываюсь от власти, с легкостью делюсь деньгами. Но мне всегда было интересно что-то строить вместе с единомышленниками, что-то менять. Мне кажется, что и Тройка в какой-то мере повлияла на изменение финансовой индустрии в России», — признается Варданян, добавляя, что он и сейчас занимается тем, что меняет мир.

На вопрос, почему выбрал инвестиционную отрасль, отвечает просто: «Хорошо учился». При этом признает, что не является типичным представителем российского бизнеса. И с этим не поспоришь. Биография до прихода в Тройку Диалог умещается в несколько строк: отличник (золотая медаль) в школе, выступал за спортивную сборную, комсомольский активист.

После школы — служба в армии, где вступил в партию, экономический факультет МГУ, красный диплом, причем лучшая дипломная работа факультета.

Но не только тема диплома (ценные бумаги) убеждает в том, что никем, кроме как инвестбанкиром, Рубен стать не мог. Он сам подтверждает предопределенность выбора: «У меня был прямой путь». А перспективы профессии открыл будущему инвестбанкиру… преподаватель политэкономии капитализма, очень доходчиво объяснивший, что функции регулирования, которые в плановом хозяйстве лежали на Госплане, в рыночной экономике выполняют банки и биржи. «В 1988 году стало ясно: нас ждет рыночная экономика. Мне было по-настоящему интересно заняться рынком ценных бумаг».

«Я никогда не ощущал себя банкиром в классическом понимании этой профессии, всегда интересовался чистой «инвестиционкой», — вспоминает он. Первым «профильным» местом работы студента Варданяна стала компания «Менатеп-Инвест»: «Очень хотелось продавать свои знания и умения. Денег не было, связей тоже. Были только мозги». В 1989 году компания «Менатеп» уже была широко известна: «Рекламу размещали по всей стране, люди стояли в очередях и покупали акции, здесь я был начальником группы, отвечавшей за инвестиционные проекты». Было очень интересно: в «Менатеп» тогда присылали свои проекты изобретатели со всего Советского Союза. И зарплата по тем временам была очень приличная.

Тем большей неожиданностью стал переход молодого начальника группы инвестпроектов в какую-то неизвестную Тройку Диалог, да еще и на зарплату в несколько раз меньше. Однако, как показала жизнь, решение было правильным: «Если мыслить без перспективы, «вкороткую», в моем уходе не было логики. А вот «вдлинную» она была. Я мыслил уже другими категориями, смотрел в будущее. Хотелось серьезности, конвертируемости, международной репутации и профессиональной востребованности».

Именно в это время Рубен и познакомился с Питером Дерби — основателем Тройки Диалог. Как вспоминает Варданян, 25 декабря 1990 года вышло постановление о российском фондовом рынке, а уже 18 января 1991 года новая инвесткомпания была зарегистрирована Минфином РСФСР. Столь быстрая регистрация объяснялась довольно просто: Дерби вместе с экс-министром финансов РСФСР Борисом Федоровым пытался организовать выпуск первых российских государственных долговых бумаг. Уже через год Рубен Варданян стал главным исполнительным директором Тройки Диалог. По его словам, благодаря случайности: «Больше некого было назначить, а надо было — вот и назначили меня».

Одним из первых решений нового директора стало проведение международного аудита отчетности за 1991 год. «В 1992 году мы были единственным финансовым институтом России с аудированной отчетностью. При этом в 1991 году наш капитал составлял $35 тысяч, и мы заплатили аудиторам $25 тысяч, чтобы они подтвердили наши убытки на $8 тысяч», — вспоминает глава Тройки. Даже сегодня, оглядываясь назад, он называет свое решение странным. А 20 лет назад об этом и вовсе лучше было молчать в кругу предпринимателей. Но Варданяна всегда привлекала идея создания профессионального инвестиционного банка. Зато сегодня он с гордостью называет Тройку Диалог единственным известным ему финансовым институтом России, который с момента создания имел аудированную отчетность по международным стандартам.

Впрочем, у этого решения были и более весомые выгоды. «В 1992 году решение об аудите принесло нам ноль клиентов, в 1993 — почти ноль, а в 1994 году мы проинвестировали для иностранцев 2,5 млн ваучеров, потому что они нам доверяли, — рассказывает Варданян. — В итоге мы покупали активы и инвестировали для иностранцев, а за три года у нас сложилась репутация маленького российского бутика, работающего по международным стандартам». Варданян старался не просто играть по правилам — он сам способствовал установлению правил для всего рынка.

«В России 1990-х были джунгли — нужно было уметь царапаться и кусаться, принимать быстрые решения, — говорит он. — Для кого-то эта среда была комфортной. Но Тройка не могла быть успешной вне цивилизованного пространства: только когда есть четкое понимание правил игры и работаешь в понятном правовом поле, только тогда можешь думать «вдлинную».

Цивилизованным фондовый рынок начал становиться в середине 1990-х с открытием биржевых площадок РТС и ММВБ. Но до настоящего рынка, конечно, было еще далеко: «В начале 2000-х обычные граждане и чиновники уже знали, что такое индекс РТС. Но я помню, как в то время мне позвонил высокопоставленный чиновник и спросил, кто такой Dow Jones и куда он падает». Варданян и сегодня считает, что фондовый рынок в России пока еще нельзя назвать цивилизованным, хотя мы уже на пути к этому.

Во второй половине 90-х годов компания Тройка Диалог уже утвердилась как один из лидеров на российском фондовом рынке.

«Мы были российской компанией, в которой работали иностранцы, хотя обычно все было наоборот. Мне всегда в первую очередь важно, чтобы было интересно, — и это гораздо важнее, чем зарабатывать деньги. Возможно, это и неправильно. Меня многие мои коллеги критикуют за то, что я «недозаработал». Наверное, справедливо».

Деньги для Варданяна не были самоцелью, поэтому иногда он зарабатывал меньше некоторых подчиненных. При этом Рубен не считает это чем-то из ряда вон выходящим.

Да и в общем, если бы Тройка больше была нацелена на деньги, то и последствия кризиса 1998 года оказались бы для нее более тяжелыми. Существовали и другие плюсы: «В 1990-е годы мы были ниже радара — нас ни власть не замечала, ни бандиты. Мы работали в основном для иностранцев». По словам Варданяна, уже к началу 2004 года компания стала «очень видной и интересной» с точки зрения структуры и объемов. В том же году Варданян был признан победителем национального этапа конкурса «Предприниматель года», проводимого компанией «Эрнст энд Янг», а также «Лучшим инвестиционным банкиром 2004 года» в конкурсе НАУФОР «Элита фондового рынка».

К тому времени он уже принимал активное участие в строительстве фондового рынка, будучи членом экспертных советов в десятке государственных и общественных организаций. И возглавлял в качестве гендиректора компанию «Росгосстрах», оставаясь президентом Тройки Диалог. Кстати, сам он вспоминает, что после университета рассматривал возможность работы в страховом бизнесе, однако добавляет: «Понимал, что в инвестиционный бизнес входной билет стоит меньше, требуется меньше денег и больше профессиональных знаний».

Как признает Рубен Варданян, профессиональную, слаженную команду сегодня создать сложно:

«В нашей индустрии очень высокий темп жизни и очень жесткие требования. Из тебя выжимают по максимуму, но и ты, в свою очередь, пытаешься получить по максимуму».

К своим коллегам Варданян относится почти по-отечески и признается: его часто критикуют за то, что в компании «слишком много социализма». Даже бонусные программы здесь были построены таким образом, чтобы сотрудник мог сам решать, стать ли ему партнером компании (а предлагали партнерство самым достойным), купив акции Тройки Диалог на свой годовой бонус, либо не становиться им и получить «живые» деньги.

Сегодня все акции Тройки, которые покупались в течение долгого времени топ-менеджерами и ключевыми сотрудниками компании, уже выкуплены Сбербанком. Сделка закрыта в начале текущего года, объявили о ней в марте 2011 года. Варданян свою должность президента компании сменил на новую — соруководитель Sberbank СIB. В остальном, по его словам, ничего не изменилось: «Работая менеджером, я, даже не имея акций, вел себя как предприниматель: брал деньги в долг, чтобы заплатить сотрудникам. Теперь я снова наемный менеджер — один из сотрудников Сбербанка, который отвечает за определенное направление в бизнесе». Чувствует он себя при этом комфортно, ведь и в Тройку Диалог пришел не акционером, так что соответствующий менеджерский опыт, безусловно, у него есть. Плюс новые (да и старые) проекты скучать не дают.

В 2005 году он стал идейным вдохновителем и одним из основателей Московской школы управления СКОЛКОВО. Сейчас Рубен Варданян является партнером-учредителем и членом координационного совета школы. Но, по его мнению, одного СКОЛКОВО как «инкубатора» новых управленцев недостаточно. Он, например, предлагает приглашать в страну молодых иностранцев, которые получили отличное образование, но не могут найти работу у себя дома.

«Надо привлечь в Россию пассионарных людей со всего мира. Я вообще считаю, что сейчас самое время пригласить сюда миллион молодых европейцев, которые только что завершили обучение. Как в начале XIX века, когда в Российской империи формировали армию, привлекая в том числе офицеров из Европы», — говорит Рубен.

Но даже этого, считает Варданян, мало для России. Для успешного поступательного развития бизнесу нужно уметь думать на перспективу:

«Самый важный критерий цивилизованности — это когда собственник, только начиная свое дело, уже хочет выйти на IPO и планирует на 5–10 лет».

Однако он признает, что планировать «вдолгую» здесь пока тяжело. «Я всегда спрашиваю иностранцев, почему они не вкладывают в Россию, даже если есть возможность заработать больше. А они честно отвечают: здесь можно десять раз проскочить на красный свет, и ничего не будет, а на одиннадцатый проехать на зеленый, после чего тебя остановят и посадят в тюрьму». С другой стороны, Рубен Варданян уверен: в России и в государственных, и в частных организациях работает много людей, честно выполняющих свои обязанности.

С большим увлечением он говорит о своих социальных проектах. Называть эти проекты благотворительными он не хочет, поскольку намеренно выстраивает их как бизнес-схемы с выходом на самофинансирование. Самый близкий ему — помощь Татевскому монастырю в Армении, куда Варданян с партнерами провел самую длинную в мире канатную дорогу. «У меня есть большое конкурентное преимущество: я знаю, кем вижу себя на 20 лет вперед. В Татевский монастырь я впервые приехал в 2003 году и подумал, что если все сделаю хорошо, то к 2017 году, когда монастырю исполнится 1111 лет, все работы по восстановлению уже будут завершены.

Этот уникальный монастырь расположен над ущельем. Рядом восемь деревень, которые зимой отрезаны от мира. Они фактически умирали: в школе максимум 15 учеников, работы не было, дорога разрушалась, путь туда занимал шесть часов. Благодаря нашей канатной дороге наладилась связь, в ближайшем городе открылось 10 новых гостиниц. Мы создали рабочие места, восстановили постоянный туристический поток. В итоге за счет мультиэффекта уже с прошлого года проект вышел на самоокупаемость с точки зрения операционных расходов».